Главная   ◊   Женский раздел   ◊   О сайте



Хазагеров Г

Хазагеров Г.Г. Политическая риторика — файл.

§ 5. Политическая биография.

Биография как фреймовая структура. Проблема положительных характеристик. Проблема биографических штампов. Анализ штампов политических биографий в пространстве категорий «он, как мы» и «он не как мы». Стратификация этих категорий в высших и средних звеньях власти. Запас политических контрактов и политическая биография.

Биография кандидата – один из доводов, активно используемых в предвыборных кампаниях, точнее, это целый пакет доводов, а еще точнее – это пакет риторических возможностей, которыми чаще всего пользуются достаточно неумело.

Жанр биографии является типичным фреймом – рамочной конструкция с заполняемыми позициями: год рождения, место рождение, социальное положение родителей, образование и т.д. Это очень хорошо видно в форме классической анкеты: каждый пункт анкеты – готовая рамка, куда вставляются сообщения о фактах жизни. Краткие биографии известных людей в различных справочниках энциклопедического толка тоже явно обнаруживают фреймовую природу. Однако набор самих позиций фрейма, так называемых слотов, может быть различным. Это опять-таки хорошо заметно по набору анкетных пунктов. Нужно ли, например, эксплицировать вероисповедание заполняющего анкету или наличие у него родственников за границей.

Биография кандидата – это анкета, некоторые пункты которой являются обязательными, а некоторые выбраны специально в риторических целях.

Первая проблема, которая встает здесь, – это проблема положительных характеристик. Ясно, что биография кандидата для того и описывается, чтобы создать положительный образ, подобно тому, как товары рекламируются для того, чтобы выявить их положительные свойства. Но простое нагнетание превосходных степеней (интенсификация оценки) выглядит достаточно беспомощно именно потому, что и от рекламы, и от биографии заранее ждут положительного описания. Поэтому сильным ходом является деинтенсификация оценки – уход от ничего не значащих превосходных степеней и сообщение конкретных деталей. Идея деинтенсификации может быть проиллюстрирована заменой выражения «суперосвежающий вкус» выражением «освежающий вкус мяты.

Проблему деинтенсификации оценок при создании образа политика часто пытаются решить введением внешних примет: кепкой или трубкой. И в самом деле, лучше сообщить облику политика внешние индивидуализирующие черты, чем не сообщить никаких. Отсюда попытки описать в биографии хобби кандидата, что зачастую тоже сползает в область интенсификаторов, когда хобби становится модным. В этих же целях можно вводить в биографию рубрики, не нагруженные политическим смыслом, например, сообщить что-то о жизни семьи кандидата. Однако лучше всего, чтобы индивидуальные черты касались существенных сторон деятельности политика. Боязнь отпугнуть часть электората актуализацией конкретных черт политического облика претендента так же наивна, как мысль о торговле книгами, на обложке которых не выставлено ни название, ни имя автора. Народная риторика давно обнаружила это свойство политиков и специалистов по пиару – стараться угодить сразу всем – и обозначила такое речевое поведение как «за все хорошее.

Другая проблема, связанная с биографиями, – проблема штампов. Штампы – в том числе и биографические штампы – возникают не на пустом месте. Все они – ответ на реальные требования жизни. Но при навязчивом повторении одни и те же сюжетные ходы теряют экспрессию, приедаются. В этом состоянии они и называются штампами. Так выглядит штамп с позиции слушающего. Для говорящего же стандартизация и механическое воспроизведение старых сюжетных ходов ведет к утрате функциональности. Он пользуется готовым штампом, уже не отдавая себе отчета в том, какие задачи стояли перед создателями этого штампа.

Рассмотрим два самых распространенных биографических штампа. Это нарисованный крупными мазками облик «человека дела» или облик «бескорыстного защитника простого человека». Штампы эти повторяются во всех кампаниях на все лады, и остальные штампы, многие, если не все, можно рассматривать как производные от них. Это, конечно, не случайно, и в основе названных штампов лежат существенные социальные категории, требующие, однако, более сознательного и умелого обращения.

Работа с ассоциациями, вызванными названиями различных звеньев власти, показывает, что к «начальству» мы подходим с двумя мерками: «он как мы – он не как мы». Хороший начальник может быть таким, как мы, т.е. «простым человеком». Вспомним, как эксплуатировалось это качество по отношению к вождям революции, особенно к Ленину. «Он, как вы и я, совсем такой же», – писал Маяковский, стоящий у истоков мифа о вожде. Но хороший начальник может быть и не таким, как мы, более того, он «не нам чета». Прежде всего, он компетентен, хорошо разбирается в том, в чем не разбираемся мы. В этом случае, чем меньше он на нас похож, тем лучше. Это можно пояснить примером не из властной жизни, хотя и связанным с подчинением. Попробуем мысленно лишить врача «непохожести» на пациента. Отнимем у профессора белый халат, кабинет, латынь (вообразите рецепт, написанный прозрачным русским языком!), даже склонность к чудачеству, и мы поставим его профессиональную деятельность под сомнение.

Идеал начальника парадоксален: он и «мы», и не «мы» одновременно. Лучше всего подходит для этого сакральная фигура царя. Царь выше бояр, но он же и ближе к народу, чем бояре. А сакрализованный вождь пролетарской революции, будучи простым, обладал в то же время нечеловеческими способностями и мог предвидеть события на века вперед. У того же Маяковского «простой» Ленин «сотнями губерний в черепе ворочал». Вообще поэты, безотносительно к тому, поддерживают они власть или нет, гораздо лучше, чем социологи, понимают это ее двойственное свойство.

Штамп «бескорыстный защитник простого человека» восходит к народной, если можно так выразиться, ипостаси начальника: «он, как мы». Штамп «человек дела» восходит к высшей (боярской, интеллигентской, экспертной, жреческой) ипостаси начальника: «не нам чета». Обойти молчанием эти ипостаси нельзя, как нельзя обойти молчанием анкетные вопросы. Автор биографии, несомненно, должен определиться в этом отношении. Он должен решить, кто его герой: «как мы» или «не как мы». Точнее, он должен решить, в чем он «как мы», а в чем «не как мы». Уяснив это для себя самого, он сможет найти мысли и слова для воплощения своих положений, не прибегая к набившим оскомину штампам. Тем более что эти штампы не просто приедаются, но, так или иначе, сужают названные темы. Понять мотивы этого сужения можно. Трансформация простого человека в бескорыстного родилась как реакция на использование власти в корыстных целях. Трансформация компетентного человека в «человека дел, а не слов» родилась как реакция на массовую демагогию. Но оратор должен понимать, какие архетипы стоят за штампами.

Человек, знающий свое дело и не тратящий лишних слов, – фигура безусловно, желательная, но плакатный образ этого человека навяз в зубах еще в советские времена. Вообще словесное излияние на тему «меньше слов» вещь достаточно уязвимая даже без частых повторений.

Если вернуться к исходной антитезе «как мы – не как мы», можно, наверное, констатировать, что требование «быть как мы» актуально скорее для самых высших звеньев власти, особенно для первого лица в государстве. От местной власти, пожалуй, требуется только ее «местный патриотизм». Для нее гораздо актуальнее не быть «как мы», а знать какое-то конкретное дело. В этом смысле профессии являются естественными деинтенсификаторами. Отталкиваясь от профессии, «биографы» проводят импликации: военный – «порядок будет», юрист – «законы знает», экономист – «в экономике понимает» и прочее. Разумеется, с этими же профессиями можно построить и отрицательные импликации. При этом в обществе возникают и пропадают моды на те или иные профессии.

Очевидно, и моды, и штампы отражают поверхность явления. Штампы – это ответ на вызов моды, как правило, запаздывающий. Чтобы чувствовать себя уверенней, надо добраться до глубины явления, которое называется избирательскими ожиданиями. В глубине, по-видимому, лежит пакет архетипических политических контрактов, из которого общество и власть могут выбирать нужный, соответствующий злобе дня контракт. Архетипичекий политический контракт – это взаимосогласованное, оправданное успешным функционированием представление власти и общества о том, как должна выглядеть та или иная политическая фигура. Речь идет именно о пакете, потому что, очевидно, существует выбор: начальник такого-то уровня может быть таким-то или таким-то. Но этот выбор, конечно, не беспределен. Есть несколько базовых фигур, и задача политической биографии – способствовать адекватному опознанию той или иной фигуры.

Чтобы успешно писать политические биографии, недостаточно поверхностного «маркетинга», который не обнаружит глубинных механизмов и может подтолкнуть к поверхностным решениям. Такие решения, правильно отвечая на один вопрос, задевают невидимые для говорящего струны и создают отрицательный побочный эффект. Уверенно может себя чувствовать не тот, кто знает, что старушка хочет видеть в кресле начальника интеллигента в очках, а тот, кто знает, почему она этого хочет. Чтобы ответить на это «почему», никак не достаточно рефлексии самой старушки, подгоняемой модератором. Необходим стратегический «маркетинг» – исследование концептосферы языка с целью обнаружения и описания архетипических политических контрактов в самом общем виде. Имея такие ориентиры, следует заняться тактическим «маркетингом», выявить, как адаптированы общественные ожидания к конъюнктуре сегодняшнего дня. После этого нужно посмотреть, к какой фигуре ближе герой биографии, а уже затем писать саму биографию, максимально проясняя в ней черты этой фигуры.

§ 6. Анализ материала (биография.

Обратимся теперь, к примеру – к биографии кандидата из предвыборной листовки. Весь текст так и называется «Биография.

В. К. Г. родился 12 октября 1960 в городе Копейске в шахтерской семье. Мальчику не было и года, когда умер отец. Испытывая материальные трудности, мама вынуждена была отдать В. на один год в интернат. Это навсегда осталось в памяти ребенка.

После окончания средней школы в 1978 году способный мальчик поступил в Челябинский политехнический институт. Заботясь о семье, он старался совместить учебу с работой – ремонтировал крыши, разгружал вагоны, во время летних каникул работал комбайнером. В 1983 году он с отличием окончил институт.

Трудовая деятельность В. Г. началась в 1983 году на ордена Октябрьской революции Челябинском кузнечно-прессовом заводе. Работал мастером, старшим мастером, начальником участка. В 1989 году Г. становится руководителем на ЧКПЗ. Финансовое образование он получил, работая руководителем страховой компании АмеСК.

В 1996 году В. К. избран генеральным директором АО «Челябинский кузнечно-прессовый завод», где в полной мере проявились его деловые и организаторские способности. На заводе начались позитивные перемены: почти вдвое увеличилась зарплата, вырос объем производства. Неуклонный рост производства на ЧКПЗ продолжается и сейчас: только за последний год он составил более 60%. Создано более 500 рабочих мест.

В. Г. женился на Марине на 4 курсе института. Ей было 19 лет. Сейчас у него два сына – 17 и 12 лет.

В декабре 1997 года В. К. Г. избран депутатом Государственной Думы РФ по Советскому избирательному округу.

В Госдуме работает в комитете по бюджету и финансам, выполняя наказы южноуральских производственников о снижении налогового бремени на промышленные предприятия. При его непосредственном участии принят закон, по которому прибыль, направленная на развитие производства и создание новых рабочих мест, не облагается налогом. Этот закон уже действует и дает реальный толчок оживлению нашей промышленности.

Депутат В. Г. голосовал в Думе против отмены льгот для малообеспеченных семей, против повышения депутатских зарплат и пенсии, против принятия грабительских для Челябинской области бюджетов последних двух лет. Он отстаивает интересы своих избирателей в Челябинской области в целом, направляя запросы и требуя продуктивных решений от исполнительной власти всех уровней.

Человек, переживший трудное детство, видевший нужду, выработал принципы, которым следует всю жизнь, – рассчитывать только на себя и помогать другим. Помогать детям, обездоленным и пожилым людям, которые прожили свою жизнь честно, отдав все силы на благо советскому обществу.

Графически текст передан не буквально: в оригинале названия рубрик выделены курсивом и подчеркиванием, а абзацы сформатированы по левому краю. Кроме того, нами исправлена допущенная в листовке пунктуационная ошибка.

В целом текст производит неплохое впечатление, главным образом из-за рубрикации, которую авторы построили достаточно объективно. Детство, взросление, семья, профессия – все это естественно выделяемые, а не «подогнанные под ответ» пункты. В названиях рубрик авторам удалось уйти от излишней интенсификации. Заведомо положительно звучит только «хорошая семья» и, пожалуй, «раннее взросление». «Трудное детство» можно рассматривать скорее как деинтенсификатор, т.е. нечто конкретное, нечто такое, что может обернуться и плохим, и хорошим. При этом, конечно, в каждой рубрике сообщаются выигрышные факты – риторические доводы в пользу голосования за кандидата, а «жизненные принципы» реализуют попытку (правда, непоследовательную) вывести эти принципы из биографии: сам познал нужду, вот и помогает нуждающимся. К сожалению, именно этот ход (сам был бедным и нас, бедных, пожалеет) является стандартным и притом достаточно небезупречным доводом. Но идея актуализировать биографию через «жизненные принципы» – ход сильный как в отношении композиции, так и в отношении аргументации.

В первом и втором пунктах заложена аргументация к этосу – нуждался, работал – и робкая аргументация к логосу: «способный мальчик» – очевидно, ценное деловое качество. Третий пункт – самый слабый. В его первом абзаце практически вообще не содержится доводов, а «ордена Октябрьской революции Челябинский кузнечно-прессовый завод» стилистически плохо сочетается со «страховой компанией АмеСК». Во втором абзаце – доказательства деловых качеств. Четвертый пункт можно назвать ненагруженным. К тому, что кандидат, как правило, хороший семьянин все привыкли. Это слабый довод к этосу. Вместе с тем сама позиция рубрики, будучи достаточно необязательной, допускает введение каких-либо деинтенсификаторов. Должен же человек выглядеть человеком, индивидуальностью со своими привычками и склонностями. В следующем пункте ударным является третий абзац, где депутат трижды голосует «против», проявляя нонконформизм и принципиальную приверженность защите интересов слабых (этический довод и в то же время скрытый аргумент к пафосу – обещание.

Суммируя сказанное, можно заключить, что в своей основе текст организован правильно, но мог бы быть существенно улучшен при доработке. Основные направления этой доработки: деинтенсификация, осторожное обращение со штампами, прояснение композиции (в связи с «принципами»), стилистическая выверенность. Все эти рекомендации могут быть отнесены к большинству биографий, фигурирующих в ходе предвыборных кампаний.

Вот другой пример из предвыборных материалов.

«Он не новичок в политике, всегда действует по принципу – «Меньше слов – больше конкретных дел». Много ли таких людей в политике сегодня? Увы, нет! Такое положение более недопустимо. Хватит горожанам оплачивать из своего кармана чужие властные амбиции. Пора подумать о себе.

Как видим, здесь реализованы оба анализируемых штампа: и компетенция, и бескорыстие. Естественный вопрос к авторам этого короткого текста «А почему мы должны думать, что этот не такой, как другие?» не только остается без ответа, но, можно сказать, провоцируется. Мысль о том, что «у нас много болтают» и без того прочно засела в народном сознании. Что делает текст? Он ее актуализирует. Он спрашивает, много ли таких людей в политике сегодня? Фактически выстраивается рассуждение по индукции, направленное против намерений самого говорящего. Вот оно: вам предлагается проголосовать за кандидата, но мы знаем, что кандидаты обычно много говорят (вот в таких предвыборных кампаниях, как эта) и ничего не делают, мы знаем также, что они небескорыстны и требуют от вас поддержки на выборах (вот таких, как эти), чтобы залезть в ваш карман, а теперь решите, является ли исключением этот кандидат.

С точки зрения коммерческой рекламы, в приведенном выше рассуждении отсутствует мотивирующий компонент. В рекламе этот ход выглядел бы так: «обычное средство» не справляется с жиром, но рекламируемое (такое уж совпадение) справляется. В рекламах последних лет подобные рассуждения стараются подкрепить мотивирующим компонентном: рекламируемое средство справляется за счет «формулы». К тому же функции мотивирующего компонента выполняет убедительный видеоряд. В политической рекламе дела, как правило, обстоят гораздо хуже. Мало того, что мотивирующий компонент ослаблен, но еще и выстраивается рискованное рассуждение вроде: «как вы знаете, все эти отбеливатели ни на что не годятся». Наверное, только сумасшедший рекламодатель рискнул бы на такую рекламу отбеливателя. В то же время для политической рекламы это более чем типичный ход.

А вот пример того, как воспроизводится практически то же рассуждение, но в гораздо более приемлемой форме. Главная сила этого рассуждения заключается в том, что перед нами фрагмент из самопредставления.

«Сейчас многочисленные партии и движения выступают повсюду со своими программами. Предвыборной агитацией переполнены газеты, радио и телевидение. Знаю, что многих, особенно среди людей нашего с вами поколения, это раздражает. Есть ощущение, что все давно куплено, ничего, власть все равно не будет решать реальные проблемы людей и надо только как-то самим выживать.

И все же я уверяю Вас, что от того, пойдете Вы голосовать или нет, реально зависит многое. Уверяю Вас, что если новая Дума будет хотя бы наполовину состоять из профессионалов, честных, здравомыслящих людей, можно будет, наконец, принять все необходимые стране и каждому из нас законы.

Форма самопредставления позволяет вместо нелепого «я хороший, а все плохие» рассуждать, солидаризируясь с избирателями, говорить о ситуации вообще. Причем, говоря о ситуации вообще, автор не говорит, что предвыборная агитация это всегда плохо и лишь в его исключительном случае хорошо. Он говорит «есть ощущение, что, все куплено и т. д.». Такое ощущение есть, и все же от вас «реально зависит многое». Это означает, что его случай не исключение, что выборы не балаган, что таким путем в Думу могут попадать и честные, и компетентные люди. Уступка «хотя бы наполовину» придает его словам оттенок взвешенности.

Анализ материала показывает, что биография кандидата – живой, развивающийся жанр политической риторики, далеко не все возможности которого исчерпаны.

§ 7. Политический лозунг в политической рекламе.

Доводы в политическом лозунге. Логико-синтаксическая структура лозунга. Стихотворные лозунги.

В политической риторике вообще лозунг выполняет функции призыва, побуждения к определенным действиям, а также функции знамени, символа, вокруг которого консолидируются определенные силы. Но в политической рекламе функция лозунга близка к слогану рекламы торговой. Этот лозунг нередко и называют слоганом. Как и в торговой рекламе, в нем преобладают имиджевые компоненты. Меньшую роль играет мотивирующий компонент. Обычно это аргументы к этосу и пафосу.

«Сердце открыто людям.

«Забота о людях – мое дело.

Первый слоган явно рассчитан на сопереживание. Раз сердце открыто людям – значит человек хороший, его надо поддержать. В слабой степени это еще и обещание: с ним будет легко, у него сердце открыто людям. Но, конечно, содержательная сторона этого слогана не многим отличается от известного «Галина Бланка – это любовь с первой ложки». Второй слоган делает акцент на обещании и содержит в себе – что его не красит – ложный позишенинг: я тот, кто специализируется на заботе о людях. Ложным такое позиционирование является по той причине, что под этим девизом подпишется каждый кандидат. Вообще, невозможность антонимического слогана – черта многих политических лозунгов именно в рекламе. Реальные политические лозунги в основном не таковы. Например: «Война до победного конца» или «Ни мира, ни войны.

Реже слоганы содержат логическую аргументацию.

«Порядок в стране – достаток в доме.

Смысл: я наведу порядок в стране, и тогда в доме у вас будет достаток. Правда, это еще не аргумент в пользу кандидата. Постулируемая логическая связка: из порядка в стране следует достаток в доме, но сам порядок в стране в лозунге не из чего не выводится. Но этого, как правило, и не требуется. Такие лозунги-связки, связывающие некоторое исходное политическое положение с процветанием, хороши тем, что обозначают политическую позицию.

Синтаксическая и логическая структура слогана разнообразна. Это может быть девиз, сентенция, призыв. Вот пример слогана-девиза.

«Не народ для Думы, а Дума для народа.

В основе данного девиза лежит хиазм (антиметабола), что делает его запоминающимся. Правда, ход мысли не слишком оригинален. Более того, оборот «не X для У, а У для X» давно стал штампом: «Не народ для власти, а власть для народа» и т.п. Банальность противопоказана форме девиза, ибо девиз – это позиционирование, во всяком случае хороший девиз – это позиционирование. Полная абсурдность противоположного девиза «Народ для Думы» снижает его ценность. Надо учесть и то, что политические девизы набили оскомину в период советской агитации, когда форма девиза активно использовалась в плакатах. Например: «Народ и партия едины.

Напротив, свежо выглядит слоган-сентенция.

«Скучный политик – богатый народ.

Подтекст такой сентенции: политик должен делать свое дело, а не произносить громкие фразы. Эта мысль тоже достаточно известна, но здесь найдена новая форма. «Скучный» как положительное качество, конечно, привлекает внимание читателей. Подобные сентенции, однако, нехарактерны. Чаще всего в качестве слоганов выступают трехчленные конструкции типа «Свобода, равенство и братство», отражающие ключевые слова предвыборной программы. Например.

«Профессиональность, порядочность и здравый смысл.

Узкое место подобных конструкций – кочевание самих ключевых слов из слогана в слоган. Это особенно относится к слову «порядок» и производных от него, а также к словам «честь», «честность», «достоинство». Ведь подлинная сущность ключевых слов та же, что и у девизов, – позиционирование, обозначение политической программы. В этом смысле сходство таких слоганов производит странное впечатление, ведет к инфлированию, а то и компрометированию самих ключевых слов.

Реже в трехчленных конструкциях заложены причинно-следственные отношения, что сближает их с сентенциями, например.

«Здоровые дети – спокойные матери – сильная Россия.

Здесь присутствуют и сочинительные отношения (и дети, и матери, и Россия – приоритеты политической программы), и подчинительные: если дети здоровы, матери спокойны, а если спокойны матери, сильна Россия. Привлекательная сторона таких конструкций – градация, создающая впечатления каких-то конструктивных поэтапных действий: вырастим здоровых детей, успокоятся матери, укрепится Россия. Конечно, чем убедительнее логические переходы между членами градации, тем убедительнее и сам слоган.

Часто слоганы представляют собой прямые призывы, прежде всего призывы голосовать за данного кандидата или движение. Например.

«За объединение государственно-патриотических сил.

Голосуйте за опыт.

«Выбери своего защитника.

В последних двух случаях мы имеем дело с перифрастическими призывами. Их смысл: «Голосуя за нашего кандидата, вы голосуете за опытного человека», «Выбирая нашего кандидата, вы выбираете собственного защитника». Это довольно распространенный прием. Его преимущество – введение в слоган мотивирующего компонента. Это позволяет также избежать упоминания в слогане имени кандидата. Имя, если оно недостаточно известно, утяжелит слоган и ослабит мотивирующий компонент. В одном отношении такой слоган сближается с газетным заголовком: у него есть интригующая функция. У реципиента возникает вопрос, в каком смысле он мой защитник, в чем его опыт. Поэтому такой слоган плохо смотрится отдельно от текста листовки, если только кандидат не широко известное лицо.

Близки к таким перифрастическим призывам и слоганы-лозунги, например.

«Спасти и сохранить наших детей.

Смысл лозунга не столько в призыве спасать детей, сколько в том, чтобы поддержать кандидата и тем самым спасти детей. Здесь интригующая функция выражена еще сильней. Естественный вопрос: причем тут дети? Это заставляет обратиться к другим материалам.

Встречаются слоганы-обещания, например.

«М – в будущее продуманно, твердо, уверенно!» «Мы вернем старости человеческое достоинство.

Первый содержит имя кандидата и обещает продуманность, твердость и уверенность. Надо сказать, что продуманность и твердость, очевидно, относятся к власти, а уверенность к избирателям. Это делает сам слоган недостаточно продуманным, несмотря на зримую твердость. Второй слоган – прямое обещание. В нем, на наш взгляд, не совсем уместно употреблена синекдоха «старость» вместо обычного «старики», «старые люди». Обещание становится настолько абстрактным, что переходит из плоскости актуальной политики в совершенно ненужную здесь плоскость нравственной философии.

Особо следует сказать о рифмованных лозунгах и об использовании в лозунгах стихотворных размеров, тем более что эти явления достаточно распространены. Вот примеры.

«Голосуй за земляка! Выбирай Гребенюка!» «Богачам не проиграй – Борисенко выбирай!» «Чтобы не рубить с плеча, Голосуй за Кузьмича.

Безусловно, рифмованная речь хорошо запоминается, кажется более убедительной, но она таит и определенные опасности. Дело в том, что рифма, примененная в рекламных целях, имеет в России определенную традицию. Это традиция ярмарок, балаганов, трактирных вывесок. Это также связь с раешным стихом, а в конечном счете – со скоморошеством. Вот примеры, приводимые в сборнике «Меткое московское слово.

«Брюки наши хорошие, люди – не хают, собаки – не лают, с них мадамы вздыхают.

«Пальтецо не угодно ли на шелку гагачьем, с шелухой рачьей.

Из каскада подобных присказок состоит известный памятник русской сатирической литературы XVII века «Роспись о приданом». Однако в городской незатейливой рекламе это встречается и сегодня.

Если надо прокатиться.

Вам в Миледи обратиться.

Срочно мы представим Вам.

Кадиллак от строгих дам.

Это в меру смешно, но по-своему трогательно, по-домашнему незатейливо, а главное, есть соответствующая традиция.

Иное дело – политическая реклама. Политика – дело серьезное, и совершенно не обязательно быть знатоком русской смеховой культуры, чтобы рекламные стишки вызвали шлейф нежелательных автору ассоциаций, ведь традиции этой культуры живы и воспроизводятся в наши дни так же, как и триста лет назад.

Особенно опасна рифма там, где кандидат недостаточно известен и не пользуется достаточным доверием. Ведь рифма «интимизирует» образ кандидата, приближает его к народу, показывает его настолько своим, что можно уже немного и пошутить. Там, где эта интимизация, эта «домашность» не подтверждается народной любовью, рифма выглядит заигрыванием с народом. Если кандидат уже «свой», рифма укрепит его позиции, но завоевывать их с помощью рифмы дело опасное.

Многое зависит и от характера самих стихов.

«Леонтьев знает дело, голосуй за него смело.

Здесь есть рифма, но не соблюден принятый в русском силлабо-тоническом стихе размер. Такой стих называется раешным и неизбежно отсылает нас к миру народной сатиры, к пушкинской «Сказке о попе и о работнике его балде», к «военным афоризмам» из Козьмы Пруткова. Такого, конечно, лучше не допускать. О том же кандидате и тоже не вполне удачно сказано.

«Леонтьев слов на ветер не бросает.

Едва ли не худшее впечатление производит в политической листовке белый стих, когда соблюден традиционный для русского стиха стихотворный размер, но нет рифмы. Вот пример такого стиха.

«Игорь Ковпак – человек дела.

он из большой семьи.

Все, что волнует нас.

Вторая, третья, четвертая и пятая строки написаны ямбом, которым обычно изъясняются герои переводных драм. У Ильфа и Петрова этим размером объяснялся со своей женой комический персонаж Васисуалий Лоханкин. Случайное совпадение прозаического фрагмента с тем или иным стихотворным размером обычно воспринимается как недостаток и вызывает улыбку. Иное дело, конечно, ритмизованная проза.

Вообще, стихи деликатное дело, и лучше к ним в политической листовке не обращаться. Вот еще один пример.

«Гартунг – наш герой.

Парень, в стороне не стой.

не будь равнодушен.

твой голос нужен.

Четверостишие начинается как раешный стих (ср. «Пошел поп по базару посмотреть кой-какого товару»), а затем используется достаточно изысканная рифма «равнодушен – нужен.

Думается, что неудачные стихи и вообще неудачи в слоганах имеют своим источником отсутствие диалогизма. Автор «вбрасывает», как теперь любят говорить, свои слова в общественный дискурс, совершенно не интересуясь контекстом, традициями, возможными оппонентами. В его модель входят лишь определенные политические ожидания электората. Ни о чем больше не заботясь, он строит свой слоган, ориентируясь на подтверждение этих ожиданий. Но жизнь устроена сложнее.

§ 8. Анализ политического манифеста.

Если листовка, биография, слоган и политическое имя представляют собой достаточно специфические жанры предвыборных кампаний, то развернутое политическое выступление в этом смысле неспецифично, хотя и интересно как элемент таких кампаний. Не будем предпосылать анализу развернутого выступления теоретических рассуждений (которые мало уместны именно в связи с упомянутой неспецифичностью), а перейдем непосредственно к предвыборным материалам.

Проанализируем для этого конкретный документ – «Манифест – обращение Российского движения политического центризма к гражданам страны» («Политический центризм – России (как выйти из кризиса)», М. 1999.

Манифест представляет собой четырнадцатистраничную брошюру, разбитую на следующие разделы.

Что происходит в стране.

Молчать и бездействовать уже нельзя.

Крайних левых и правых – в прошлое, в будущее – с политическим центризмом.

Своей Программой мы ставим задачу нового курса реформ.

Поворот через выборы.

В этих восьми разделах разворачивается уже знакомый нам сюжет: сложная ситуация, облегченная ситуация, мотивирующий компонент. В роли слоганов выступают лозунги.

Сложная ситуация в чистом виде представлена в первом разделе. Главная мысль этого раздела выделена в трех внутритекстовых врезках (о врезке как о способе выдвижения см. выше). Первая.

«Недостаток профессионализма в управлении страной привел к серьезным диспропорциям и разрушительным результатам в экономике. Зато избыток коррупции и корыстности, подобострастия перед зарубежными советчиками, дефицит патриотизма, иностранщина в управлении страной проникли на самые верхние этажи.

«Можно уверенно говорить, что оздоровления в стране до сих не происходит.

«Ситуация займа так далеко, что вопрос о сохранении России как государства, вопрос о нашей способности сохранить и защитить Отечество становится реальным и основным.

Надо сказать, и с риторической точки зрения это вряд ли выигрышно, что в приведенных врезках еще не заложена идея об актуальности именно центристских позиций. Констатируется недостаток профессионализма, наличие коррупции и «дефицит патриотизма», затем градация ослабляется и говорится, что нам далеко до оздоровления, а затем – естественное завершение всякой сложной ситуации – утверждение о том, что дальше так жить невозможно.

Весь первый раздел – попытка эмоционально консолидироваться с читателем, для чего авторы программы перечисляют болезненные для него темы, но без продуманной проспекции. Правильнее было бы поступить прямо противоположным образом: вначале указать только на то, что вытекает из отсутствия политического центризма, а на другие вопросы, естественно возникающие у читателя, давать ответы уже в облегченной ситуации. Например, не упоминать о коррупции (читатель и так помнит о ней), а в каком-то месте текста, когда читатель будет готов сказать: все это хорошо, но что вы сделаете с коррупцией? – дать свой ответ на этот вопрос. Однако типичной для современного состояния политической риторики является именно тенденция с самого начала как можно полнее перечислить общественные язвы, что называется «через запятую», так что этот повторяющийся перечень в конце концов теряет эмоциональное содержание и способен вызвать у читателя только мрачное раздражение.

Во втором разделе авторы манифеста делают риторический ход, о котором уже говорилось выше.

«Мы принципиально не входим в хор кликуш и безответственных хулиганов, которые, ругая и критикуя действительность, сами предложить ничего не могут. В отличие от них, за нашим критическим взглядом на действительность следует конструктивный и деловой набор предложений, что и как сделать, чтобы отвести от России беду, чтобы улучшить жизнь большинства в нашей стране.

Понять эту оговорку можно, хотя читатель уже давно сыт критикой. К тому же оборот «принципиально не входим в хор кликуш и хулиганов» делает весь пассаж смешным. Выходит, что «хор кликуш и хулиганов» не эмоциональная оценка каких-то деятелей, а вполне реальный хор, в который можно входить или не входить по тем или иным соображениям, авторы, например, не входят в него по соображениям принципиальным. Вообще же подобные рассуждения напоминают распространенный в советское, да и постсоветское время случай, когда оратор заявлял: «Хватит говорить, пора дело делать», при этом продолжая говорить. Естественная реакция: «Ну и делай дело! Ну и давай нам конструктивные предложения, а не обвиняй других, что они их не дают, не божись, что ты их дашь. Выкладывай, что у тебя за душой!» Воистину странно, что такая очевидная читательская реакция не приходит в голову людям, собирающимся кого-то убеждать.

Врезка второго раздела показывает нам, что мы еще не выбрались из описания сложной ситуации.

«Почему, уважая право каждого на выбор, на собственную позицию, мы не видим в России партий и движении, организаций, способных решить поставленную задачу.

В третьем разделе наконец появляется рецепт – переход к облегченной ситуации. Правда, и здесь отдается дань сложной ситуации: показывается, в чем недостаток левых и правых, то есть делается то, с чего, на наш взгляд, следовало бы начать манифест. Врезки этого раздела.

«Необходимы новая политическая организация, новые лица, лидеры идеи, новая надежда.

«Политический центризм – вот та философия, которая нужна сегодня в России. Правым и левым больше предложить нечего.

«Мы особо подчеркиваем идею политической ответственности и порядочности.

«Мы не хотим противостоять и воевать, мы хотим объединять и созидать. Мы готовы к союзу со всеми, кому близки наши цели и методы, подходы и действия.

Начиная с третьей врезки, в облегченную ситуацию включается мотивирующий компонент. Главный упор здесь сделан на этическую аргументацию. Особенно сильной в этом отношении представляется четвертая врезка. Что касается третьей, то здесь авторы вынуждены были иметь дело с инфлировшими словами, а, кроме того, в соответствующей части текста они совершили ложный, на наш взгляд, ход.

«Мы знаем многих лидеров, руководителей и движения, которые в избирательных компаниях обещали и обещаны, но, добравшись до поста, о своих обещаниях забыли.

Снова: все, как правило, обманывают, но мы исключение.

Следующая часть, озаглавленная «Заниматься делом!», содержит собственно манифест политического центризма, однако врезки этой части скорее размывают ее содержание, чем актуализируют. Вот они.

«Мы знаем, что делать, у нас есть конкретная программа действии.

«Высшие руководители СССР, России должны нести моральную, политическую и правовую ответственность. Ответственность за государственную измену, за геноцид собственного народа, за предательство и корысть должна наступить для тех, чья вина доказана. Мы задаем вопросы Горбачеву, Ельцину, Гайдару, Немцову, Черномырдину, Кириенко, Чубайсу, Лебедю, Зюганову по конкретным «судьбоносным»» решениям в России, породившим или усугубившим ее тяжелейшие проблемы.

«Нужно уважать интересы и достоинства всех.

Отвлекаясь от стилистической грамотности (об этом ниже), обратим внимание на вторую врезку. Создается впечатление, что, она включена в текст, чтобы пощекотать нервы читателя, потому что никакого отношения к сформулированным «базовым принципам» централизма она не имеет.

Следующая часть целиком посвящена мотивирующему компоненту. В ней сформулированы «10 мер нового курса в экономике». На взгляд рядового читателя, меры эти представляют собой пеструю смесь более или менее конкретных и совершенно абстрактных предложений, вроде «восстановить деньги в экономике страны». Врезки этого раздела.

«Мы готовы реализовать новый курс реформ, технологическая карта решений и действий по его претворению в жизнь у нас есть.

«В решениях и действиях Российское движение политического центризма берет все позитивное, созидательное и прогрессивное из всех периодов прошлого, не страдая при этом идеологической зашоренностью.

«Мы готовы ответить и на вопрос и об общественно политическом строе, который предлагаем народу и стране. Он соединит все лучшее, что дали человечеству в своем историческом соревновании различные политические и социально-экономические уклады. Все, что дали человечеству общества и социалистического и капиталистического путей развития.

Все это пафосные обещания, которым, конечно, не место в части, посвященной мотивирующему компоненту, в части которая должна объяснять, а почему, собственно, этим обещаниям надо верить. В этом смысле особенно неудачной представляется последняя врезка. Ее суть: во всем есть что-то хорошее, так вот это как раз мы! При мало-мальски критическом взгляде на текст приведенная врезка звучит просто смешно.

В следующем пункте обосновывается решение самостоятельно участвовать в выборах в Думу. Здесь в наиболее конкретном виде произведен позишенинг, говорится об экономических приоритетах. Врезка этой части.

«Именно в промышленности рождается новое благо, создаются новые рабочие места, возникает зарплата людям и отчисления на пенсии. Отсюда налоги идут в бюджеты всех уровней и обеспечивают их расходную часть, обеспечивают социальную сферу, Вооруженные силы и флот, правоохрану, государственность, гуманитарные расходы на пожилых и молодежь, культуру и здоровье, науку и образование.

В предпоследней части «Кто с нами?» говорится о политической и социальной базе движения. Врезки.

«Наше движение как политическая организация системной центристской позиции открыта к союзу, сотрудничеству, к формированию избирательного блока.

«Движенье проводит в сентябре 1999 года объединительный блоковый предвыборный съезд. На нем будут объявлены списки кандидатов, руководителей блока, оформлен сам предвыборный блок.

Завершается все лозунгами-слоганами. Находкой авторов является характеристика каждого лозунга.

«Наш лозунг – убеждение: «Правда дороже денег.

«Наш лозунг – платформа: «Патриотизм – свобода – труд.

«Наш лозунг – наставление отцов и дедов: «Истина всегда посередине.

«Наш лозунг – долг: «Сохраним Россию для будущих поколений.

«Наш лозунг – план действий: «Новый курс – восстановление разрушенного – движение вперед.

«Наш лозунг – намерение: «Мы идем во власть заниматься делом.

«Наш лозунг – мотив: «Не за славой гонимся, важны результаты.

«Наш парламентский лозунг – «Законы пишем для народа и всенародно.

«Наш лозунг – призыв: «Не верь словам, верь делам.

«Наш лозунг – избирателю: «Голосуй не за нас, голосуй за себя.

«Наш лозунг – стране: «Россия, проснись, обрети достоинство.

«Наш лозунг – улыбка: «Самый лучший в мире «изм» – политический центризм.

Несмотря на авторскую классификацию лозунгов, без которой такое их скопление было бы наверняка оставлено без читательского внимания, в целом весь блок не оставляет яркого впечатления. Во-первых, за лозунгами не просматривается никакого реального позиционирования, во-вторых, сама идея объединить сентенции, близкие к пословицам, и собственно политические девизы вряд ли выигрышна. «Правда дороже денег», «Истина всегда посредине», «Не верь словам, верь делам» – все это мало походит на политические лозунги. Рядом с этим почти паремиологическим материалом странно смотрятся обещания: «Мы идем во власть заниматься делом!» (Зачем здесь восклицательный знак? В чем здесь лозунговость?), «Не за славой гонимся, важны результаты!», «Законы пишем для народа и всенародно!» Разумеется, гораздо лучше было бы разбросать лозунги по тексту, выделив их графически.

Суммируя приведенные рассуждения, можно сказать, что основной риторический недостаток рассматриваемого манифеста – рыхлая композиция, неправильное использование врезок, повторение кочующих по политическим текстам утверждений о демагогии и бесчестности других при наличии конкретных (верьте слову!) предложений и честных (снова: верьте!) намерений авторов текста. Этот недостаток довольно типичен и вытекает из «пиаровского», а не риторического взгляда на читателя. Согласно этому взгляду, у читателя есть определенные ожидания и автор должен «отметиться», продемонстрировав, что он эти ожидания разделяет. При этом игнорируется человеческая цельность читателя, который мыслится авторами как кукла с несколькими нитками, за которые ее можно дергать, и целостность самой проблемы, которая вовсе не всегда и не во всем обязана быть изоморфной читательским ожиданиям. В обычной жизни, встретив девушку, мужчина не говорит ей: «Ты а) хочешь выйти замуж, б) встретить надежного и верного друга, в) найти человека, похожего на картинку, которая висит над твоей кроватью и т.п. и все это тебе обеспечу я». Реальная жизнь, интересней, драматичней, люди всегда открывают друг в друге что-то новое для себя. Риторическая концепция убеждения вырастает из реальной жизни, концепция «подтверди ожидания» вырастает из схематичного представления о жизни. Живой человек очень быстро понимает, в какую игру с ним играют. Уже сам факт того, что ему предлагают в точности то, что он ждет, у всякого нормального человека вызывает настороженность. Вообразите диалог: «Мне снилась красивая девушка» – «Это моя сестра, женитесь на ней.

В отношении языка и стиля приведенный манифест тоже достаточно типичен. Его язык не выдерживает никакой критики. Вот, например, первые предложения текста.

«За последние годы изменилось многое. Появились свободы, возможность избирать, товары на полках, цена земле, хлебу, исчезли дефициты и очереди. Но на этом перечень успехов реформ завершается. Да и они носят условный характер, поскольку большая часть народа, обнищав, потеряла к ним доступ.

Ряд однородных членов во втором предложении представляет собой зевгматическое построение вроде «шел дождь и два студента». Свободы, возможность избирать, товары, цена земле, хлебу – таков ряд однородных членов, зависимых от слова «появились»! Другой ряд: исчезли дефициты и очереди. Кстати, слова «свобода» и «дефицит» употребляются во множественном числе только в особых случаях, употребление их во множественном числе без зависимых слов лежит за пределами норм русского языка. Впрочем, эти свойства обусловлены тем, что оба существительных относятся к разряду абстрактных. В тексте же они очень легко сопрягаются с конкретными: сказать «исчезли дефициты и очереди» все равно, что сказать «пропали любви и подарки». «Возможность избирать» требует, конечно, продолжения: избирать кого, что. Без продолжения это выглядит, как знаменитое «Книга не представляет». Последнее предложение вовсе непонятно. Кто «они»? Успехи носят условный характер, и народ потерял доступ к успехам? Реформы носят условный характер, и народ потерял доступ к реформам? Или успехи носят условный характер, а народ потерял доступ к реформам. Неизвестно, но грамотных русских предложений ни в каком случае из этого набора не складывается.

Множество ошибок можно найти и в процитированных врезках и в заголовках разделов. Что значит «Крайних левых и правых – в прошлое, в будущее – с политическим центризмом!»? В норме в таких эллиптических конструкциях подразумевается одно и то же сказуемое. Но здесь общее сказуемое никак не подбирается, и всякий нормальный носитель русского языка споткнется об это предложение. Даже название всего текста «Политический центризм – России» небезупречно. Почему нельзя было пойти по проторенному русским языком пути и сказать: «России – политический центризм»? Какой смысл в инверсии? Ведь в инвертированном виде возникает нежелательная омонимия: «Политический центризм (чего?) России», вместо желательного: «Политический центризм (чему?) – России». Всего бы этого не было, если бы названием послужил обычный девиз «России (что?) – политический центризм.

§ 9. Анализ открытых писем.

Подобно тому, как мы анализировали конкретный политический манифест, проанализируем два конкретных письма, имеющих диаметрально противоположную направленность. Однако в данном случае предпошлем нашему анализу общее рассуждение.

Речь пойдет о том, что и политическая листовка, и развернутое политическое обращение кандидата включает в себя наряду с обещанием и самооправдание. Оправдывая себя, кандидат отвечает на вопрос: «Зачем я иду во власть?» Очевидно, в нашей культуре существует некая презумпция виновности человека, идущего во власть. Недаром даже в Смутное время кандидатам на престол положено было сначала отказываться. В русской культуре вообще положено отказываться от властных обязанностей, по крайней мере, дважды и только на третий раз соглашаться как бы под давлением окружающих. Поэтому самореклама для нас нова и рискованна. Отсюда и оправдание.

Однако неумелое оправдание, превращенное именно в саморекламу и существующее в полном отрыве от реальных обвинений или угроз таких обвинений, сослужит, конечно, говорящему плохую службу. В свою очередь обвинения, пресловутые «потоки грязи» существуют словно на другой планете и не взаимодействуют с оправданием. Продемонстрируем, как это выглядит на конкретном примере.

Вот часть политической листовки, которая так и называется «Почему и зачем я иду в Государственную Думу.

«Отец с матерью, тандинские крестьяне, научили меня, что жизнь держится на трех опорах – это уважение труда и труженика, почитание родителей, забота о детях.

Отсюда и нравственность, и порядок и благополучие.

Спросим себя: кто, если не мы сами, постоит за наше Отечество.

Я ответил для себя на этот вопрос. И поэтому, поддержанный мэрами наукоградов России, главами городов нашего округа, трудовыми коллективами и общественными организациями, взяв на себя ответственность за исполнение их наказов, избираюсь в Государственную Думу.

1. Гос. Дума нужна: именно она принимает законы, по которым живет общество. Сегодня Дума занята только собой. Выход один – вытеснить оттуда демагогов и воров, доверить власть профессионалам, уже имеющим результаты, одобренные людьми.

Дальше следуют еще два пункта. Один кончается призывом: «Хватит грабить наши города!» Другой: «На этот раз уральцам нужен в Думе единый мощный голос!» Затем следует еще один патетический абзац. Всей листовке предпослан эпиграф из Шукшина, начинающийся словами «Нравственность есть Правда.

Отвлечемся от тех стилистических недостатков текста, которые мы уже отмечали в связи с другими текстами (смесь пафоса с канцеляритом, нарушение грамматических норм: «уважение труда» и др.), и констатируем, что в этой листовке депутат публично объясняет мотивы своего решения баллотироваться в Думу: он, человек крестьянской морали, взял на себя ответственность постоять за Отечество в Думе, где сегодня не все ладно: должен же кто-то вытеснить воров и демагогов.

Но вот другая листовка, касающаяся этого же депутата. Ее заголовок.

«В Государственную Думу за депутатской неприкосновенностью.

Слоган в конце листовки.

«Такой мэр должен сидеть в тюрьме, а не в Думе.

(кандидат в депутаты занимал во время кампании должность мэра). В листовке тоже ставится вопрос, почему кандидат идет во власть, но дается уже совершенно другой ответ.

Данные проверки Контрольно-Ревизионного Управления Минфина.

Вот только некоторые факты хищений, злоупотребления служебным положением и нерационального использования бюджетных средств.

перерасход на оплату труда администрации 62,5 млн. рублей.

36 млн. рублей заплачено за автомашину; автомашина отсутствует.

И это далеко не все.

Под слоганом подписано.

Продолжением послужило открытое письмо жителей города Зареченска (около тысячи подписей), озаглавленное.

«В Государственную Думу метит проворовавшийся мэр.

Заканчивается письмо призывом.

«Мы призываем всех жителей Каменск-Уральского округа дать достойный отпор мэру-вору такому-то.

А вот на оборотной стороне листовки самого кандидата приводятся краткие характеристики того же мэра, данные, в частности, благодарными жителями того же города Зареченска. Над этими характеристиками слова: «Живет такой парень». Среди рассказов и такой, который, на непредвзятый взгляд, представляется несколько гротескным.

«Как-то зимой в Заречном [кандидат> со своим комсомольским оперативным отрядом устроил нам, местным хулиганам, натуральное ледовое побоище. Отделали по первое число, связали.

А через несколько лет я его встретил, говорю: спасибо [такой-то, по отчеству] маю ты еще нас воспитывал. Теперь у меня все в порядке – семья, дети, работа. А ведь могло быть по-другому.

Конечно, обвинительные и оправдательные речи всегда дают разные интерпретации одним и тем же фактам, а также приводят разные факты, но ведь не могут же они существовать в абсолютно разном пространстве? Должны же они как-то учитывать друг друга? Каждая сторона вольна приводить свои факты. Факты – это доводы в аргументации. Но должно же быть какое-то общее фактическое ядро? Здесь таким ядром являются только имя, отчество, фамилия и занимаемая должность. То, что стороны не слушают друг друга, делает риторику избыточной, превращает ее в ненужный ритуал, если не в фарс. Не оттого ли и стилистическая небрежность и гиперболизированные хвалы и хулы? Не оттого ли весь спектр политического красноречия предвыборных кампаний сводится к неловким панегирикам и столь же неловким филиппикам? В результате «мастера» такой риторики «совершенствуются» в словесной безответственности: кто больше зачерпнет розовой или черной краски.

Проанализируем теперь еще два реальных документа: открытое письмо-обращение действующего губернатора В. А. С. и открытое же письмо кандидата на пост губернатора В. В. С. той же области. Приведем оба документа полностью.

МЫ ВМЕСТЕ ПОДНЯЛИ ОБЛАСТЬ С КОЛЕН.

(Обращение В. А. С. к избирателям области.

На 8 апреля назначены выборы губернатора Тульской области. В этот день всем нам предстоит сделать нелегкий выбор, который во многом определит характер региональной власти, пути развития области на ближайшие четыре года, а в конечном итоге — будущее наших детей и внуков. Каким будет этот выбор, решать вам. Но знаю твердо: народ не может ошибиться.

Не жаждой власти, не карьерными устремлениями, не пустым тщеславием и честолюбивыми устремлениями обусловлено мое решение баллотироваться на должность губернатора на второй срок. Моя жизнь сложилась, и с высоты своих лет и в нелегких трудах приобретенного опыта я ощущаю это не просто своей обязанностью, а, если хотите, долгом.

Я должен помочь тем людям, которым по разным причинам не смог или просто не успел помочь за прошедшие четыре года. Это и наши ветераны, чей ратный подвиг и самоотверженный труд в последние годы были бессовестно забыты властью. Это и медики, работники образования, сотрудники правоохранительных органов – люди, делающие большое дело государственной важности и не получающие за него ни всеобщего уважения, ни достойного вознаграждения. Это и рабочие, специалисты промышленных предприятий, многие из которых не находят должного применения своим талантам и усердию и потому не в состоянии достойно содержать свои семьи. И, конечно, это наши крестьяне, исстари считавшиеся на Руси кормильцами, а сегодня по сути обреченные на вымирание из-за того, что не по своей вине оказались в самой настоящей долговой яме.

Я, не сомневаясь, отказался бы от предвыборной борьбы, если бы был уверен, что появился достойный кандидат, способный решить все проблемы области, помочь людям сделать жизнь благополучной и безопасной.

Но, к сожалению, в последнее время в нашей стране кандидатов на высокие должности зачастую выбирают не по их уму, чести, достоинству, жизненному и профессиональному опыту а по толщине принадлежащего им кошелька, содержимое которого нередко бывает весьма сомнительного происхождения.

Я не раз говорил, что считаю непомерные траты на выборы пустыми и бесполезными. Предпочитаю агитировать добрыми делами. Реальной работой и ее конкретными результатами.

Поэтому сегодня хотел бы обратиться ко всем, кто, так или иначе, причастен к предвыборной кампании – журналистам, партийным и общественным деятелям и, в первую очередь, к своим соперникам. Если у вас в предвыборный период появится реальная возможность помочь области, ее жителям, и вы эту возможность успешно реализуете; если вы сумеете раскрыть какое-то вопиющее нарушение законности и способствовать его устранению, – честь вам и хвала. Но если весь предвыборный «пар» уйдет в агитационно-пропагандистский свисток, поверьте, будет по-человечески обидно. Понимаю, что главной мишенью предвыборной критики будет действующий губернатор. Не каждый сможет удержаться от искушения – очернить все сделанное чужими руками. При этом упорно не замечая многого хорошего и нужного людям, зато смакуя упущения, недоработки и ошибки нынешней администрации. Да, были и упущения, и недоработки, и ошибки. Но кто из потенциальных критиков нес на своих плечах груз, подобный губернаторскому? Кто вообще в своей жизни обошелся без ошибок и упущении? Думаю, среди действующих руководителей любого ранга и уровня таких людей нет и быть не может. Не ошибается тот, кто ничего не делает.

Поэтому сегодня я обращаюсь ко всем участникам губернаторской кампании: агитируйте, доказывайте преимущества своей политической и экономической программы, пропагандируйте свои методы руководства, предлагайте новые возможности и пути развития области. Помогайте людям. Дайте им возможность увидеть свет в конце тоннеля. Но не прибегайте к грязным методам ведения предвыборной борьбы. Откажитесь от клеветы и войны компроматов.

Надеюсь на то, что жесткая конкуренция и навязываемые нынче «специалистами» черных пиаровских технологий изощренные методы ведения предвыборных кампаний не заставят вас поступиться собственными честью и достоинством. А честь и достоинство плохо уживаются с неуважением к соперникам.

Желаю всем тех результатов предстоящих выборов, которых вы будете достойны.

Всего вам доброго.

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО С. В. А.

ОТ КАНДИДАТА В ГУБЕРНАТОРЫ.

ТУЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ С. В. В.

Как руководитель крупного промышленного предприятия, депутат областной Думы и патриот Тульского края я предлагал Вам, В. А. конкретные шаги по изменению ситуации в экономике области, развитию промышленности и социальной сферы. Все попытки добиться от Вас принятия ответственных решений оказались тщетными.

Экономика области находится в кризисном состоянии.

На предприятиях не обновляются оборудование и технологии, в аварийном состоянии коммунальное хозяйство, село влачит жалкое существование. Треть населения имеет доходы ниже прожиточного минимума. За год стоимость минимального набора продуктов питания в Тульской области выросла на 11 процентов. Такого позора больше нет нигде в России, и во многом это объясняется тем, что Вы не понимаете современных законов экономики.

Мне, как производственнику и экономисту, ясно – надо менять экономическую политику. Бесконечные кредиты, которые Вы берете у коммерческих банков, обернутся трагедией для жителей области. Расплачиваться по Вашим долгам будут наши дети. Необходимо по-настоящему заняться хозяйством. Только сильная промышленность станет надежным источником улучшения жизни людей, как в городе, так и на селе.

Четыре года экспериментов на нашей земле обескровили экономику. То, что не удалось сделать людям, развалившим Союз, довершили Вы, тот, кто выдает себя за народного заступника. На Вашей совести – кукурузный, нефтяной, спиртовой проекты. Растрачены средства, которые нужно было направить на доплаты к пенсиям и зарплаты бюджетникам. Каждый ощутил это на себе.

Пока Вы занимаете пост губернатора, никто не рискнет вкладывать деньги в местную экономику. Ваша политика стала тормозом для развития всей области. Вы этого не понимаете, ваше окружение Вам этого никогда не скажет. Пожалейте людей, В. А. не мешайте движению вперед.

Ваш уход с поста губернатора – это единственная возможность навести порядок в области.

Вместо слов пора начать реально заботиться о людях. Всем нужна работа, хорошая зарплата, социальные гарантии, а не Ваши обещания.

В основе народного богатства лежит труд людей. Его надо организовать. У Вас это не получается. Весь предыдущий опыт Вашего правления это наглядно продемонстрировал.

Вы, В. А. многое обещали, но ничего не выполнили. У нас не появилось жилищного кредитования, не уменьшились преступность и наркомания, не сократился штат чиновников.

Мы надеялись, что в случае Вашего избрания улучшится жизнь, но мы обманулись. Пенсионеры, инвалиды, бюджетники, малообеспеченные граждане становятся объектом Вашего внимания только в период выборов.

Ответственно заявляю – для того, чтобы поставить на ноги экономику Тульской области, сегодня необходимо не менее 30 миллиардов рублей. На посту губернатора должен быть человек, способный привести деньги в регион.

Понимаю, что Вы устали. Устарели Ваши знания, у Вас нет команды. Вы не способны управлять областью. Новое время требует новых руководителей: знающих, опытных, энергичных, готовых работать для людей.

Как руководитель крупного промышленного предприятия, депутат областной Думы и патриот Тульского края я предлагал Вам, В. А. конкретные шаги по изменению ситуации в экономике области, развитию промышленности и социальной сферы. Все попытки добиться от Вас принятия ответственных решений оказались тщетными.

Из всех видов аргументации автор первого письма выбрал одну – доводы к этосу, а именно доводы к отвержению. Он призывает голосовать за себя, играя на том, что отрицается, отвергается избирателями как этически неприемлемое: «жажда власти», «карьерные устремления», «пустое тщеславие»», «честолюбивые устремления», выбор кандидатов на высокие должности «не по их уму, чести, достоинству, жизненному и профессиональному опыту, а по толщине принадлежащего им кошелька, содержимое которого нередко бывает весьма сомнительного происхождения». Не забывает он и откреститься от черных пиаровских технологий.

Этосной аргументацией продиктован патетический тон, создающий впечатление, что речь идет не об области, а, по крайней мере, о стране и не о выборах, а, по крайней мере, об освободительной войне: «Мы вместе подняли область с колен!», «нелегкий выбор» (об очередных выборах губернатора). Все это, конечно, создает впечатление выспренности, а в сочетании с неизбежным канцеляритом порождает смешение стиля.

Активно используя этосную аргументацию, автор ставит себя в положение правдолюбца, несоразмерное с образом представителя действующей власти. Выше уже отмечалась, насколько фигура правдолюбца проработана в нашей культуре, какими авторитетами освящена, каких жертв требует от того, кто претендует на это звание. Заигрывать с этой неподъемной для большинства обычных людей ролью довольно рискованно и уж совсем невыигрышно для действующего губернатора, «не корысти ради», а исключительно из человеколюбия идущего на второй срок. В конечном счете, это подрывает достоинство самого говорящего, заставляет подозревать его в том, в чем он, быть может, не виноват. Для предвыборных материалов вообще довольно типична ситуация, когда автор, не умея позиционировать себя, насилуя казенные штампы, пытается подольститься к народу на почве нелюбви ко всякого рода безобразиям. В разбираемом документе особенно слаб абзац «Я должен помочь тем людям. » Люди эти (здесь должна быть аргументация к пафосу) вспоминаются по административно-учетному признаку с привлечением наиболее одиозных, навязших в зубах, заведомо фальшивых штампов: «ветераны, чей ратный подвиг и самоотверженный труд в последние годы были бессовестно забыты властью» (хочется спросить, а вы разве не из власти?), «медики, работники образования, сотрудники правоохранительных органов» («сотрудники», «работники» рядом с «ратным подвигом»!), «наши крестьяне, исстари считавшиеся на Руси кормильцами, а сегодня по сути обреченные на вымирание из-за того, что не по своей вине оказались в самой настоящей долговой яме» («исстари», «на Руси», «долговая яма» после «работников» и «сотрудников»). Вообще этот абзац не отличается силой аргументации, потому что остается непонятным, почему губернатор раньше не помог этим людям, почему выбирает именно их? Потому что этого ждут избиратели.

Заканчивается письмо отведением предполагаемых обвинений, правда, сделанном относительно неплохо.

В отношении культуры речи документ также не безупречен.

В первом абзаце неуместен трехкратный повтор слова «выбор». Если повтор – фигура речи, он должен быть оправдан и усилен, если нет, то к слову «выборы» следует подобрать синонимы.

Во втором абзаце то же с «устремлениями». Странно выглядит словосочетание «в трудах опыта». Вместо того, чтобы сказать «дело большой государственной важности», сказано «большое дело государственной важности». Это что – гипаллага (намеренный перенос эпитета) или небрежность? Небрежностей вообще очень много: «. и не получающие за него ни всеобщего уважения, ни достойного вознаграждения» (уважение зарабатывают, а не получают). В этом же абзаце – синтаксическая двусмысленность: «Это и рабочие, специалисты промышленных предприятий, многие из которых не находят должного применения своим талантам. » Предприятия не находят.

Неоправданными выглядят парцелляции (разрывы предложения): «Предпочитаю агитировать добрыми делами. Реальной работой и ее конкретными результатами» (Зачем точка после «делами»?); «Не каждый сможет удержаться от искушения – очернить все, сделанное чужими руками. При этом, упорно не замечая многого хорошего и нужного людям. » (Зачем точка перед «при этом»?) и др.

В предложении «Желаю всем тех результатов предстоящих выборов, которых вы будете достойны» следовало написать «Желаю вам.

Нельзя начинать новый абзац со слова «поэтому». Это нарушает естественную импликативную связь и свидетельствует о вязком и нечетком мышлении автора.

Кроме всего уже названного, в небольшом тексте три пунктуационные ошибки.

Теперь об открытом письме оппонента.

Здесь аргументация построена на доводах к пафосу (в данном случае – к угрозе) и в незначительной степени к логосу. Смысл: не выбирайте прежнего губернатора – будете плохо жить. К этому прибавляются какие-то путаные логические рассуждения о законах экономики. Позитивных утверждений нет и здесь. Другого вида доводов к пафосу (обещаний) нет. Не совсем понятно, что надо делать, чтобы исправить положение дел в области. И вообще, ни о каком прояснении в умах и сердцах избирателей после прочтения письма говорить не приходится. Выбрав аргументацию к пафосу, автор просто обязан быть более эмоциональным и не путаться в безликих штампах. При установке на аргументацию к пафосу не может быть таких фраз, как «Пенсионеры, инвалиды, бюджетники, малообеспеченные граждане становятся объектом Вашего внимания только в период выборов.

С культурой речи и здесь не все благополучно.

В обращении много стилистических небрежностей: «шаги по изменению ситуации в экономике области, развитию промышленности» (можно «предпринять шаги для достижения изменений. », «сделать шаги для. »). Расплачиваться можно лишь за долги, а не по долгам, по долгам можно платить. Смешение стилей: «На предприятиях не обновляются оборудование и технология, в аварийном состоянии коммунальное хозяйство, село влачит жалкое существование» (Что за выспренности после конкретики?!). «Ваша политика стала тормозом для развития всей области». «Тормозом для»? Неужели губернатор искал механизмы, позволяющие затормозить развитие области.

Имеются и пунктуационные ошибки, в том числе одна грубая.

Все это мелкие небрежности, но зачем они в агитационном письме? Вообще, стиль мог бы быть гораздо более энергичным, если бы автор обратил внимание хотя бы на порядок слов.

Проанализированные здесь недостатки – отсутствие диалогизма, однобокая и неумелая аргументация, несоответствие языка характеру аргументов, смешение стилей – отнюдь не специфичны именно для данных текстов. Напротив, они типичны для предвыборных кампаний и наводят на мысль о причинах более глубоких, чем небрежность. Очевидно, мы имеем дело с уклонением от риторической концепции убеждающей речи в сторону концепции «поддакивания.

Как уже было сказано, владение правильностью речи относится к дориторическому уровню речевой культуры. Однако анализ конкретной политической речи наводит на мысль о том, что читателю этой книги было бы интересно узнать об основном круге проблем, охватывающих понятие «правильность речи», о том, какие дисциплины ее изучают и какова учебно-справочная литература, позволяющая работать над речью в этом направлении. Этому и посвящена настоящая глава.

Люди-звери, 08.02.2017




Комментарии

!!!Автор статьи и единственный её правообладатель - ресурс , если кто-то додумается испортить себе репутацию в глазах поисковых систем и полностью сдуть мой текст, то поставьте ссылку на мой ресурс ahuman.ru! Иначе вас покарает летающий макаронный монстр, а ваши штаны будут постоянно мокнуть в людных местах.

Самое интересное:




Интересное на сайте:


Знаменитые и известные люди Великобритании

Почему Порошенко является смертельной угрозой для российских любителей мультяшных Пони???



2010-2017 © aHuman
При цитировании сайта, не забывайте, пожалуйста,
указывать ссылку на источник.

По любому поводу (да и без повода тоже) пишете нам на: ogretape@yandex.ru
26 запроса, 1,444 секунд, 26.3 Мб
Яндекс.Метрика